sokura (sokura) wrote,
sokura
sokura

Categories:

Третья горячая мировая всё ближе

Керосина вам на кокпит
Источник: https://gmorder.livejournal.com/7799272.html

Военный обозреватель издания The National Interest Дейв Маджумдар слетал в командировку в элитное 1-е истребительное крыло ВВС США, где эксплуатируются самые лучшие американские истребители F-22 Raptor. И вернулся с совершенно обескураживающими сведениями. Главная новость состоит в том, что война США с Россией и Китаем неизбежна. «Дело было во время учений по проверке боевой готовности. В отличие от крупных учений типа Red Flag или тех, что проводит Школа вооружений ВВС США на этапе обучения выполнению боевой задачи, когда главным образом отрабатываются навыки пилотирования, учения по проверке боевой готовности имеют целью выяснить, насколько то или иное подразделение готово к выполнению боевой задачи. По сути дела, это генеральная репетиция и проверка готовности к войне», — пишет Маджумдар.

В пространной статье обозреватель The National Interest, пообщавшись с командиром крыла и пилотами «Рапторов», с восторгом рассказывает об увиденном и услышанном. При этом не фильтрует информацию, поскольку некоторые рассказы пилотов доверчивому штатскому явно смахивают на охотничьи рассказы. Вот один из них: «Я могу незаметно подобраться к противнику, — сказал пилот Феслер. — На F-22 я облетаю его, а он меня даже не видит. Я пристраиваюсь ему в хвост и говорю: „Зачем тратить ракету, если есть пушка“». Противником в данном случае выступает не МиГ-23 и не Су-15, а многоцелевой истребитель поколения 4++ Су-35С, принятый на вооружение три года назад.

Элитное подразделение нацелено на решение самых сложных боевых задач. То есть пилоты оттачивают умение ведения воздушных боев против российского Су-35, а также навыки противостояния российским зенитно-ракетным комплексам С-300В4, С-400, «Панцирь». ЗРК имитируют американские РЛС, настроенные на российские частоты. В качестве противников используются как сами «Рапторы», так и очень уже немолодые учебно-тренировочные самолеты Т-38.

Так вот, высказывание о том, что Су-35 абсолютно слеп, и F-22 может безнаказанно крутиться вокруг него на расстоянии пушечного выстрела, опровергают пилоты «Рапторов», которые готовятся к войне не на находящейся в глубоком тылу авиабазе, а сталкиваются с российскими истребителями в небе Сирии. Командир 95-й экспедиционной эскадрильи ВВС США, базирующейся на одном из аэродромов Объединенных Арабских Эмиратов, признался изданию Aviation Week, что у F-22 обнаружился целый ряд недостатков. «Раптор» не в состоянии отслеживать ночью полеты российских самолетов, поскольку не имеет специальной оптики, работающей и в видимом спектре, и в инфракрасном.

Речь идет об оптико-локационной станции (ОЛС), которой Су-35 оснащен. Американцы такую на «Раптор» не установили в связи с сумбурностью разработки этого самолета. Он был задуман как истребитель, который будет удерживать господство в воздухе на протяжении всего XXI века. И, получив карт-бланш, конструкторы компаний «Локхид Мартин», «Боинг» и «Дженерал Динамикс», засучив рукава, с энтузиазмом начали создавать идеальный истребитель.

Однако вскоре бюджет разработки вырос до громадных размеров. И его урезали. Конструкторы пошли путем технических компромиссов, чтобы уложиться в выделенные не только на разработку, но и на серийное производство средства. И вновь сумма пересекла критическую отметку. Снова ее секвестировали. В результате на F-22 не удалось установить не только ОЛС, но и РЛС бокового обзора и системы оповещения о ракетном нападении. Но все равно самолет получился настолько дорогим, что Пентагон ограничился закупкой 187 серийных машин. После чего производство было остановлено.

Практика использования самолета на Ближнем Востоке показала, что у «Раптора» есть и другие слабые места. Так, он плохо интегрирован в единое информационное пространство при групповой работе самолетов. Пилоты вынуждены общаться друг с другом при помощи обычной рации, ни о каком межпартнерском целеуказании речи не идет. С целеуказанием не слишком здорово и в пределах одного самолета. Командир 95-й экспедиционной эскадрильи рассказывает Aviation Week: «Нам приходится буквально вертеть головой и искать чужой самолет, который видели некоторое время назад. Всё это вместо того, чтобы наблюдать координаты этого самолета на шлеме».

Однако в 1-м элитном авиакрыле настроение боевое. Пилоты рассказывают, что в учебных боях уже сбили бессчетное количество «сушек». Причем сражения, как правило, проводятся с существенно превосходящими силами противника.

При этом главной своей задачей они считают не сблизиться с противником. Поскольку все прекрасно понимают, что в ближнем бою сверхманевренный Су-35 на голову выше, чем «Раптор». Случаи, когда в учебном бою, пилоту «Раптора» не удается держаться от Су-35 на безопасной дистанции, инструкторы считают катастрофой.

И это несмотря даже на то, что совсем недавно F-22 получил прекрасную ракету малого радиуса действия AIM-9X Sidewinder. У нее два очень существенных достоинства. Во-первых, отклоняемый вектор тяги. В связи с чем ее можно запускать при большом угле «Раптора» по отношению к самолету противника. Во-вторых, матричная головка самонаведения, которую очень непросто обмануть при помощи комплекса обороны самолета. Но сверхманевренность в ближнем бою, несмотря на то, что натовские эксперты считают ее анахронизмом периода Второй мировой войны, реально оказывается главным достоинством российского самолета при столкновении «лоб в лоб».

Кстати, несмотря на все умные разговоры о неактуальности ближнего боя, американские авиаконструкторы не отказываются от авиационной пушки. Так что все это чистой воды лицемерие.

Гарантированные победы над Су-35, о которых говорят американские пилоты, вряд ли сильно соотносятся с реальным положением вещей. Хоть пилоты, несомненно, и не лукавят. Дело в том, что смоделировать на чужом самолете работу некоторых важнейших комплексов Су-35 практически невозможно. Это относится к ОЛС. И к станции радиоэлектронной борьбы, об алгоритмах работы которой американцы представления не имеют. К тому же на самолете с не самыми лучшими летными характеристиками невозможно воссоздать полет более сильного в этом отношении самолета. Это относится, прежде всего, к Т-38. Да и у «Раптора» скорость на 100 км/ч меньше, чем у Су-35.

Итак, какие же элементы выигрыша «Раптором» дальнего боя у Су-35 являются наиболее сомнительными? Принцип «первый увидел — первый выстрелил — первый сбил», на который уповают натовские генералы. Он хорошо работает лишь в двух частях этой формулы. По поводу «сбил» у пилота «Раптора» могут возникать серьезные проблемы. И это связано с качеством дальнобойной ракеты AIM-120D. У нее прекрасная дальность — 180 км. Это даже на 30 км больше, чем то расстояние, с которого РЛС F-22 способен увидеть российский самолет. Большую часть траектории полет корректируется сигналом GPS. На финальном участке включается активная радиолокационная головка самонаведения. Однако она обладает довольно посредственной помехоустойчивость. И вот тут будет дуэль между ГСН и станцией РЭБ Су-35. По части же РЭБ Россия является безусловным мировым лидером.

И еще один момент. Пилот российского самолета, вооруженный информацией системы предупреждения о ракетном обстреле, воспользовавшись исключительными летными характеристиками, способен совершить эффективный противоракетный маневр. Тем более что динамика у AIM-120D не самая лучшая.

На «Рапторе» нет системы предупреждения об атаке. И этим пилот «сушки» может воспользоваться с большой эффективностью.

Что же касается рекордной малозаметности «Раптора», то она работает до того момента, как только включится его бортовая РЛС, которая высылает в пространство сигнал о своем присутствии в точке пространства с определенными координатами. А РЛС должна быть включена практически постоянно, поскольку самолет не может вести пассивное наблюдение за небом из-за отсутствия на борту ОЛС. Пилот Су-35 имеет станцию предупреждения об облучении кругового обзора. И она прекрасно фиксирует сигнал от РЛС «Раптора». Так что нельзя однозначно сказать, что «органы чувств» в F-22 значительно лучше, чем у российского самолета. В чем-то они и уступают.

Несомненно, «Раптор» — хороший самолет. Но его подавляющее преимущество в учебных боях не отражает реального положения вещей. Слишком приблизительно в них имитируются боевые возможности Су-35. В ближнем бою F-22 однозначно уступает российскому самолету. На больших дистанциях самолеты примерно равны по возможностям.

Понятно, что громадную роль играет мастерство пилотов. А американцы наших пилотов боятся. Они неоднократно заявляли, когда наши самолеты перехватывали американские, что «русские просто хулиганят», подвергая американских летчиков громадной опасности.


Третья мировая ... 2020, 2021, 2022?
Источник: https://gmorder.livejournal.com/7799336.html

Очевидные успехи в Сирии, но при этом затянувшаяся, муторная, изматывающая простых людей гражданская война на границах Луганской и Донецкой Народных Республик.
Многочисленные выражения озабоченности и обеспокоенности со стороны МИД РФ, которые многими уже воспринимаются с горькой улыбкой. Внешне неуверенная позиция России на постсоветском пространстве.
Молчание, когда Запад открыто и цинично уничтожал Ливию и вытеснял из этого региона Россию. Неэффективные и уже объективно невыполнимые «Минские соглашения», которых придерживаются исключительно пророссийские силы Народных Республик, но не Украина и не Запад.
Явные поставки ресурсов и оборудования для войны на Украину со стороны США, присутствие американских и польских инструкторов и советников в зоне гражданской войны на Донбассе — и молчание России по этому поводу. Вынужденные отступления по многим фронтам — в мировом спорте, в международных организациях.
Многочисленные и странно выглядящие смерти послов и сотрудников дипломатических ведомств. Убийства российских высших офицеров в Сирии — и откровенно выглядывающие во время этих инцидентов уши американских советников. Молчание в ответ на агрессивную риторику и неадекватные обвинения со стороны США.

Постоянные провокации со стороны Украины на крымской границе, аресты российских граждан, пытки, судебные преследования, издевательства по отношению к русскому населению на Украине. До предела наглое поведение лимитрофов — от Литвы, Латвии, Эстонии до Украины — и удивительно миролюбивая реакция Министерства иностранных дел России.
До предела потерявшая берега финансируемая Западом так называемая оппозиция в России и Белоруссии. Неутомимое продвижение НАТО к границам России и размещение прообразов натовских баз на Украине. Провокации против самолётов ВКС России, а то и прямые нападения. Постоянное усиление санкций и абсурдное обоснование причин усиления.
Можно ещё долго перечислять инциденты, случаи и проишествия, когда патриотически настроенной части населения Российской Федерации хотелось бы, чтобы Россия ответила жёстко, сильно и принципиально. Как когда-то отвечал Советский Союз. А вместо этого ответ получается какой-то беззубый, половинчатый и откровенно слабый.
И у многих попросту нет ответа, почему Россия в большинстве случаев в последние несколько лет не стоит жёстко на своём, не защищает принципиально и последовательно свои позиции.
Такое уже было. История имеет привычку повторяться. И тогда отступал, молчал, отделывался дипломатическими протестами Советский Союз, который ныне для многих является примером, как надо вести себя на мировой арене и защищать свою геополитическую зону ответственности и безопасности.
В книге полковника и журналиста Юлиана Семёнова «Альтернатива» очень ярко, художественно отображён именно такой же период. И подаются осмысление и выводы от лица любимого многими литературного героя Макса Отто фон Штирлица, он же Всеволод Владимирович Владимиров.
Кто знает, чем занимался Юлиан Семёнов и где служил, тот в романах писателя находит порой очень интересные зарисовки из политической закулисы 20-40-х годов 20 столетия. Уж что-то, а доступ к закрытым архивам у полковника Семёнова был всегда.
Согласитесь, ситуация в мире очень схожа. И позиции нашей Родины тогда и сейчас, как две капли воды. Западный мир снова против России. И мы сейчас по многим позициям продолжаем молча отступать.
Сколько раз за последние годы, особенно услышав новости с Донбасса, каждый из нас задавал себя вопрос: «Почему мы молчим? Почему не предпринимаем решительных шагов?».


«Всякий раз, когда Шелленберг поручал Штирлицу присутствовать на этих пресс-конференциях, чтобы поддерживать контакты с журналистами, которыми интересовалась разведка, Штирлиц прежде всего впивался взглядом в карту на стене, которую открывал помощник Шмита перед началом собеседования.
Карта эта была страшная. Коричневое пятно Германии властвовало в Европе. Территории Польши, Чехословакии, Австрии, Дании, Норвегии, Бельгии, Голландии, Франции были заштрихованы резкими коричневыми линиями; Венгрия, Румыния и Болгария, как страны, присоединившиеся к «антикоминтерновскому пакту», были окрашены в светло-коричневые цвета. Резкие черно-коричневые пятна уродовали территории Албании и Греции: там вела войну Италия.
Карта была сделана так, что доминирующая роль гитлеровской Европы подчеркивалась махонькой Англией, нарисованной художником жалостно и одиноко, и далекой Россией, причем, в отличие от Англии, где были обозначены города и дороги, Россия представлялась белым, бездорожным пространством с маленькой точкой посредине — Москвой.
— Господин Шмит, я пользуюсь официальными документами, — ответил Килсби. — Некоторые швейцарские газеты утверждают, что нейтралитет Югославии стал возможен после обмена нотами между рейхсканцелярией и Кремлем.
— Наши отношения с Россией, — ответил Шмит, — отличаются истинным добрососедством. Введение наших войск в Болгарию и Румынию произошло по просьбе монархов этих стран — они нуждаются в защите от английских посягательств. Еще вопросы, пожалуйста!
— Когда же они начнут? — подумал Штирлиц. — Они должны начать этой весной. Почему наши молчат? Почему мы не предпринимаем никаких шагов? Если Югославия откажется от нейтралитета, значит, весь фронт от Балтики до Черного моря окажется в руках Гитлера. Почему же мы молчим, боже ты мой?
Но по укоренившейся в нем многолетней привычке беседовать с самим собой, отвечать на вопросы, поставленные однозначно и бескомпромиссно, Штирлиц сказал себе, что ситуация, сложившаяся в мире весной сорок первого года, такова, что всякое действие, а тем более открытая внешнеполитическая акция, направленная против Германии, невозможна, ибо она будет свидетельствовать о том, что «нервы не выдержали», поскольку открытого нарушения условий договора о ненападении со стороны рейха не было.
Понимая, что Гитлер рано или поздно нападет на его родину, Штирлиц тем не менее отдавал себе отчет в том, что всякое «поздно», всякая, даже самая минимальная, оттяжка конфликта на руку Советскому Союзу. Это была аксиома, ибо успех в будущей войне во многом складывался из цифр, которые печатали статистические ведомства в Москве и Берлине, сообщая данные выполнения планов — выплавку стали, чугуна, добычу нефти и угля, — эти сухие цифры и определяли будущего победителя, а они, цифры эти, пока были в пользу Германии, а не Союза.
Но Штирлиц понимал, что резервы его страны неизмеримо больше резервов рейха, а исход будущей битвы в конечном итоге определяли резервы. Штирлица не пугало то, что вся Европа сейчас была под контролем Берлина. Это только на первый взгляд было страшно.
Если не поддаваться первичному чувству и заставить себя неторопливо, как бы со стороны, анализировать ситуацию, то вывод напрашивался сам собой: конгломерат народов, отвергавших идеи национал-социализма, сражавшихся — в меру своих сил — против вермахта, будучи оккупированными, чем дальше, тем активнее станет оказывать сопротивление немцам; сначала, видимо, пассивно, но потом — Штирлиц не сомневался в этом — все более активно, то есть с оружием в руках.
Значит, Гитлеру придется удерживать свои резервы с помощью армии; значит, считал Штирлиц, тылы рейха будут зыбкими, ненадежными, враждебными духу и практике нацизма.
Он все это понимал умом, заставляя себя анализировать ситуацию, проверяя и перепроверяя свои посылы, дискутируя сам с собой, но когда хоть на минуту душа его выходила из-под контроля разума, как сейчас, когда он снова увидел эту проклятую коричневую карту и маленькую точечку Москвы на белой пустыне России, становилось ему страшно, и пропадали все звуки окрест, и слышал он только свой немой вопрос, обращенный не к себе, нет, обращенный к дому, к своим: «Ну что же вы там?! Делайте же хоть что-нибудь! Понимаете ли вы, что война вот-вот начнется?! Готовитесь ли вы к ней?! Ждете ли вы ее?! Или верите тишине на наших границах?!»
Это была весна 1941 года. За несколько месяцев до страшного утра 22 июня.
Тогда руководство Советского Союза старалось выиграть уже не годы мирного времени, но хотя бы месяцы. В дневниках германских генералов есть упоминания, как Гитлер во время совещаний открыто говорил, что у Третьего Рейха окно возможностей открыто только до 1943 года.
После этой даты темпы перевооружения США и СССР качественно и количественно перегнали бы гитлеровскую Германию. И у Третьего Рейха не было бы ни малейших шансов зайти так далеко, как у них получилось, начав Вторую мировую войну в 1939 году.
Если бы Иосиф Виссарионович Сталин смог бы удержать Германию от нападения на Советский Союз до 1943 года, вполне возможно, что Великая Отечественная война вообще бы не началась, потому что к 1943 году СССР стал бы невероятно силён и закончил бы большую часть планов по перевооружению. Именно потому нападение произошло 22 июня 1941 года. Хотя планировалось оно даже раньше.
Сейчас коричневое пятно США охватывает большую часть мира. И всё так же цифры сейчас на стороне США и их союзников. И совсем не зря США так часто упоминают «Быстрый глобальный удар» (Prompt Global Strike). Это всё тот же гитлеровский Blitzkrieg — молниеносная война только в реалиях 21 века. Как Гитлер не сомневался, что рано или поздно нападёт на СССР, точно так же США мечтают и планируют разделаться с Россией раз и навсегда.
Россия выигрывает год за годом в этой гонке со временем. Мы становимся сильнее, мы заканчиваем перевооружение.
22 декабря 2016 года Владимир Путин положительно оценил темпы перевооружения армии и флота. Министр обороны Сергей Шойгу сообщил: «В целом оснащенность Вооруженных сил современным вооружением и техникой в частях постоянной готовности составляет 58,3%, а исправность — 94%.
Таким образом, основные мероприятия госпрограммы вооружения до 2020 года выполнены в установленном объеме. На новый качественный уровень выведены силы общего назначения. Так, оснащенность Сухопутных войск современным вооружением составляет 42%, Воздушно- космических сил — 66%, Военно-морского флота — 47%».
К 2020 году доля современного вооружения армии должна достигнуть 70%.
Американские военные эксперты высоко оценивают программу перевооружения 2018–2025, пусть даже финансирование и было значительно сокращено. Военный эксперт Джей Хоук отметил, что российская армия являет собой «молчаливое подтверждение того печального факта, что Владимир Путин воспринимается как достойный партнер по переговорам с Западом только потому, что Москва невосприимчива к политическому и военному давлению. Как и раньше, оружие русских предназначено в качестве последнего аргумента».
Но при этом США понимают, что если не случится серьёзного политического или экономического кризиса, Россия к 2025 году станет почти неуязвима с военной точки зрения. И нападение на неё приведёт к гарантированному взаимному уничтожению в случае ядерного сценария или к проигрышу США в случае наземного вторжения.
Если сохранить мир до 2025 года, то более всего вероятно, США не смогут развязать войну, точно так же, как не смог бы Адольф Гитлер после 1943 года, так как это привело бы к быстрому поражению.
А значит, у США остаётся не так много лет, чтобы перевернуть шахматную доску, сбросить все фигуры, списать все долги и начать спасительную для них Третью мировую войну.
2020?
2021?
2022?
«Двадцать второго июня, ровно в четыре часа…».


Дмитрий Дзыговбродский, для «Русской Весны»

Subscribe

Buy for 10 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments